Глава 30

Срок аренды кабинета истекал, и из намеков привратника я сделала вывод, что продлять ее не собираются. Мне было безразлично — я решила закончить с массажем. Одна с этой работой я не справлялась, а использовать наемный труд мне не хотелось. Более того, Mother Earth отнимал все мое время. Друзья, которые помогли открыть массажный салон, возмущались, что я сдаюсь именно в тот момент, когда предприятие начало делать успехи. Я выплатила долги, и у меня осталась даже небольшая прибыль. Но опыт, который я …
Продолжить чтение

Глава 29

Вдохновляющие вести о русской революции и горькое разочарование. — Успех театра сменяется бойкотом. — Рождение долгожданного печатного издания. — Сожаления о смерти Йоганна Моста.

Весть о Русской революции в октябре 1905 года привела нас в экстаз и взбудоражила. Множество значительных событий, произошедших после бойни у Зимнего дворца, держали нас, жителей далекой Америки, в постоянном напряжении. Каляев и Балмашёв, члены Боевой организации партии социалистов-революционеров, отняли жизни великого князя Сергея Александровича и Сипягина1 в отместку за кровавую резню 22 января.
Продолжить чтение

Глава 28

Революция 1905 года — предвкушение радикальных изменений — революционный театр — жизнь анархистов-эмигрантов в Нью-Йорке.

Долгие годы американская группа «Общество друзей русской свободы» великолепно справлялась с просвещением жителей страны, разоблачая природу русского абсолютизма. Теперь это общество прекратило свою деятельность, а пристальное внимание радикальных газет, издававшихся на идише, было сосредоточено в основном в Ист-Сайде. Широко распространилась зловещая пропаганда, которую вели в Америке представители царя посредством русской церкви, консульства и газеты New York Herald («Вестник Нью-Йорка»), которой владел Джеймс Гордон Беннетт. Объединившись, …
Продолжить чтение

Глава 27

Первая жертва антианархистского закона об иммиграции. — Неожиданная встреча с негодяем из прошлой жизни. — Печальные подробности жизни Чолгоша. — Изощренные способы «борьбы с проституцией».

Воспоминания о жизни с Эдом наполнили душу тоской по тому, что принадлежало мне, но было отнято. Мысли о прошлом заставили заглянуть в сокровенные глубины моего сердца; странные противоречия разрывали меня между жаждой любви и неспособностью наслаждаться ей слишком долго. Не только необратимость смерти, как в случае с Эдом, и не одни обстоятельства, что разлучили нас …
Продолжить чтение

Глава 26

Новые американские друзья. — Опыт жизни в одиночестве. — Эд изливает свою душу. — Большие планы и скоропостижная смерть. — Скандал на похоронах.

Антианархистский закон об иммиграции наконец протащили через Конгресс, так что теперь ни один человек, сомневавшийся в необходимости существования правительства, не должен был получить разрешение на въезд в Соединенные Штаты. Таких людей, как Толстой, Кропоткин, Спенсер или Эдвард Карпентер, отныне могли не допустить на гостеприимные берега Америки. Слишком поздно нерасторопные либералы осознали опасность этого закона для прогрессивной мысли. …
Продолжить чтение